Образ мечты как модели будущего и смысложизненные ориентации личности

Образ мечты как модели будущего и смысложизненные ориентации личности
Есть великая мудрость в том, чтобы сохранить склонность к мечтанию.
Мечты придают миру интерес и смысл.
А.Франс

МечтаВ отечественной и мировой психологии очень часто поднимались и продолжают рассматриваться глубокие вопросы, связанные с личностным самоопределением, выбором жизненного пути и пониманием смысла жизни. И какими бы полными не казались исследования, но в данной проблематике, как нам представляется, всегда будут оставаться белые пятна. И только глубокие умозрительные исследования в этой области могут помочь пролить свет на новые или малоизученные стороны данного вопроса. Именно возможности нового и творческого понимания проблемы смысла жизни и рассмотрению в связи с этим феномена мечты и было посвящено наше исследование.

Практическая значимость проведенного исследования определялась тем, что решаемые в нем вопросы связаны с актуальными задачами в сфере практической психологии и преподавания. Материалы нашей работы могут быть использованы психологами-практиками в психодиагностической и коррекционной работе, а также преподавателями вузов в курсах «Психология успеха», «Возрастная психология», «Психология личности» и других. Возможно выделение и иных аспектов практической значимости, связанных с возможностью создания тренинговой программы на основе полученных данных.

В связи с этим основной целью нашей исследовательской работы являлось описание психосемантических характеристик образа мечты и выявление их взаимосвязи со смысложизненными ориентациями у мужчин и женщин разных возрастных групп. Для проверки выдвинутых гипотез нами подобраны такие экспериментальные методики как тест смысложизненных ориентации (СЖО) Д.А.Леонтьева, специальный семантический дифференциал (СД) с использованием 40 подобранных экспертным методом шкал для понятия «мечта» и семантический психогеометрический тест «Цветные фигуры» И.С. Якиманской, О.С. Карымовой. Выборку нашего эмпирического исследования составили 4 группы испытуемых (всего 80 человек): 20 юношей в возрасте от 17 до 21 года; 20 девушек в возрасте от 16 до 20 лет; 20 мужчин в возрасте от 36 до 60 лет; – 20 женщин в возрасте от 36 до 55 лет.

Проведя обзор литературных источников, мы обнаружили, что несмотря на глубокий в течение многих веков интерес к проблеме мечты, она продолжает оставаться вне области непосредственных научных изысканий: все исследования по этому вопросу носят периодичный характер, в научных трудах мечта рассматривается лишь в связи с проблемами эмоций, творчества, воображения и т.д. Кроме того, нет четкого представления о побудительных механизмах мечтаний, о влиянии мечты на поведение и личность мечтающего, слабо изучена роль мечты в становлении профессиональной и смысложизненных ориентаций и многие другие вопросы в этой сфере пока остаются без ответа [1, 2, 6].

В процессе исследования были раскрыты основные теоретические аспекты, выдвинуты рабочие определения, которые наиболее полно отражают основные характеристики исследуемых феноменов.

Мечта может выступать как самостоятельная психологическая категория, имеющая смежный с другими дисциплинами характер, но, тем не менее, являющаяся уникальной единицей научного поиска.

В связи с этим наиболее полно мечту можно определить как постоянно создаваемую и совершенствуемую воображением внутриличностную модель желаемого, несколько удаленного будущего, а также образ себя как успешного участника подобного будущего. При этом мечта может выполнять разнообразные функции, удовлетворяющие соответствующие потребности личности. Функции мечты являются диалектически изменчивыми: мечтание может и ослаблять внутреннее эмоциональное напряжение личности, и создавать его. Оно как бы помогает человеку легче перенести свое отступление от желаемого планируемого будущего и в то же время закрепляет в его сознании эту образ этого самого будущего. Среди них можно выделить: формирующую функцию, функцию личностной защиты, целеполагания, компенсаторную, насыщающую, побуждающую функцию и другие [1, 3]. Мечта отличается от цели, персонального мифа, грез и других морфофункционально схожих категорий, имеет яркую эмоциональную окраску, чаще осознанна и всегда прочно закреплена в личности.

При этом принято выделять два основных вида мечты: мечта-фантазия и реалистическая мечта. Мечта-фантазия – это образ будущего, который теряет связь с действительностью, когда, говоря метафорой, «земля уходит из-под ног» и нет прочного фундамента, на который могли бы опираться желанные идеи о будущем. В детском и подростковом возрасте предмет желаний часто бывает настолько нереальным, что его неосуществимость осознают даже сами мечтатели. Такие мечты Б.И. Додонов называет «мечтами-играми». Чаще всего дети и подростки прибегают к таким мечтам ради самоутешения или «самоуслаждения». Такую мечту он ассоциирует с процессуальными интересами [2].

Реалистическую мечту, которая отражает действительность, предвосхищает и конструирует будущие события, Б.И. Додонов определяет как «мечту-план», она ассоциируется с процессуально-целевыми интересами.

Большинство психологов полагает, что позитивно на человека влияет только активная, творческая мечта, «мечта-план», которая обогащает его жизнь, делает ее яркой и интересной. Действенность мечты – необходимое условие воплощения в жизнь творческих идей человека, направленных на реальное превращение в действительность. Такие мечты в определенном смысле являются движущей силой действий и поступков человека, придают ему большую целеустремленность в жизни, помогают бороться с трудностями, противостоять неблагоприятным влияниям [2].

Таким образом, в процессе индивидуального личностного становления и развития имеют место и мечты-фантазии, и реалистические мечты. Так, например, мечта-фантазия может являться необходимым элементом научной интуиции.

Достижение реалистичной мечты может быть связано со смысложизненной направленностью личности. Смысл жизни при этом есть категория ценностная, выражающая оценку того, что сделано индивидуумом или не сделано в этой жизни. Смысложизненные ориентации – это неоднородный частный случай индивидуальной обобщенной системы взглядов на цели в жизни, насыщенность жизни и удовлетворенность самореализацией, что соотносится с целью (будущим), процессом (настоящим) и результатом (прошлым), а также связано с представлением об умении управлять жизнью и убеждением о возможности подобного контроля [6]. В их основе лежат ценности и потребности, отношения и конструкты конкретной личности.

Концепция мечты и смысложизненные ориентации, мы предполагаем, имеют как сходства, так и различия в юношестве и в период зрелости у мужчин и женщин. При этом особую важность в юношеском возрасте приобретает проблема поиска смысла жизни в связи с актуализацией проблемы личностного самоопределения. Период зрелости — это время, когда человек может найти в себе силы для достижения желанных в юности мечтаний за счет обновления границ собственного «Я» и за счет возвращения к смыслу своей жизни [7].

Мы надеемся, что наша работа может восполнить некоторый пробел в исследованиях феноменов мечты и смысложизненной концепции в их взаимосвязи, возможной опосредованности смысложизненных ориентаций теми укоренившимися глубоко в детстве или позднее формами мечтательной направленности, которые создают, формируют и реконструируют представления о будущем личности. Кроме того, выявляя особенности образа мечты, сложившегося в общественном сознании, и смысложизненных характеристик личности, мы наблюдаем, каким образом соотносятся и в чем различаются эти особенности в юношестве и в зрелом возрасте у мужчин и женщин [3, 4]. Эти данные могли бы помочь соответствующим образом структурировать, например, деятельность психологического тренера или консультанта по проблемам возрастных кризисов данных периодов, связанных с личностным и профессиональным самоопределением, в глубине которых скрывается и жаждет заявить о себе мечта.

Для описания категориальной структуры образа мечты в эмпирической части исследовательской работы нами был проведен факторный анализ результатов, полученных при оценивании испытуемыми образа мечты по 40 шкалам семантического дифференциала [5]. Выделены 3 основных фактора, которым даны условные обозначения: «Позитивность» — включает в себя понятия, отражающие разнообразные описательно-оценочные качества мечты, формирующие эмоционально-насыщенный образ будущего; «Фантастичность» в зависимости от полярности фактора будет свидетельствовать о принадлежности либо к мечте-фантазии, либо к реалистичной мечте; «Возможность реализации» характеризует функционально-ценностный аспект обеспечения желаемого будущего.

Также для описания психосемантических особенностей образа мечты мы использовали дополнительную методику — семантический психогеометрический тест «Цветные фигуры». Категория размера фигур задает значимость понятий для индивида, меру их необходимости для личности. В связи с этим респонденты в подавляющем большинстве случаев (75%) выбирали большую фигуру образа «Мечты», что говорит о высоком уровне личностной потребности в этом смысловом конструкте. На втором месте средний размер фигуры и очень редко выбирались малые фигуры.

Используя факторный и корреляционный анализы, были выявлены взаимосвязи между психосемантическими особенностями образа мечты и смысложизненными ориентациями мужчин и женщин юношеского и зрелого возраста. В группе юношей фактор «Возможность реализации» специального семантического дифференциала положительно коррелировал с «Результатом», «Целями», «Осмысленностью жизнью», «ЛК–Я» и «ЛК–жизнь» теста смысложизненных ориентаций. Между «Позитивностью» специального СД и «Результатом» СЖО обнаружена такая же взаимосвязь.

В группе девушек корреляционный анализ обнаружил единственную положительную корреляционную связь между факторами СД и параметрами СЖО — между «Фантастичностью» и «Результатом».

У мужчин зрелого возраста фактор «Возможность реализации» специального СД положительно коррелировал с «ЛК–жизнь», с «ОЖ», «Результатом», «Процессом» и «ЛК–Я» теста СЖО. А вот в случае фактора «Фантастичность» обнаружена отрицательная корреляция с «Целями», «ЛК–жизнью», с «ОЖ», «Процессом» и «Результатом». В этом случае образовались два противоположных полюса из факторов СД.

В группе женщин зрелого возраста фактор «Позитивность» положительно коррелирует с «ОЖ», «Результатом», «ЛК–Я», «ЛК–жизнь» и «Целями».

При этом во всех группах наблюдалась положительная корреляция факторов образа мечты с «Результатом» (прошлое) (баллы по этой шкале СЖО отражают оценку пройденного отрезка жизни, ощущение того, насколько продуктивна и осмысленна была прожитая ее часть). Возможно, представления о мечте в первую очередь связываются с тем, как личность оценивает свою состоявшуюся реализацию в контексте оценки тех мечтаний, которые существовали на момент, когда происходило достижение целей.

В связи с этим, мы можем констатировать, что заявленная в исследовании гипотеза о существовании взаимосвязей между психосемантическими особенностями образа мечты и смысложизненными ориентациями у мужчин и женщин юношеского и зрелого возраста, подтвердилась.

Мы считаем, как указывалось ранее, что полученные нами результаты можно использовать в сфере практической психологии, в области личностного развития, тренинговых программ и преподавания: в работе с людьми, переживающими проблему самоопределения или находящимися в процессе личностного роста и поиска, а также преподавателями вузов в психологических курсах.

По нашему мнению, полученные данные хоть и могут быть использованы для решения многих задач в области практической психологии, но тем не менее, необходимо проведение более масштабного исследования взаимосвязи категории мечты со смысложизненной концепцией, впрочем, детальное изучение характеристик феномена мечты не менее актуальная задача. Таким образом, как показала наша работа, существует еще одна огромная область для глубоких научных изысканий – мечта.

Биктина Н.Н., Шестак Р.Н.

Список литературы
1. Беркинблит, М.Б. Фантазия и реальность. – М.: Политиздат, 1968. – 128с. ISBN 985-6823-0459-01.
2. Додонов, Б. И. Эмоция как ценность. — М., Политиздат, 1978. — 272 с. ISBN 5-8789-0156-4.
3. Леонтьев, Д.А., Шелобанова, Е.В. Профессиональное самоопределение как построение образов возможного будущего // Вопросы психологии. 2001. №1. С.57-66.
4. Огден, Т. Мечтание и интерпретация: ощущая человеческое. — М.: Класс, 2001. — 160 с. ISBN 5-86375-035-9.
5. Петренко, В.Ф. Основы психосемантики. – СПб.: Питер, 2005. – 480с. ISBN 5-94723-527-7.
6. Чудновский, В.Э., Бодалев, А.А., Вайзер, Г.А., Вахромов, Е.Е., Карпова, Н.Л., Суворов, А.В. Роль смысложизненных ориентации и акме в профессиональной деятельности // Психологический журнал. 2004. Том 25. №1. С.34-48.
7. Шихи, Г. Возрастные кризисы: ступени личностного роста. – СПб.: Ювента, 1999. – 436с. ISBN 5-87399-108-1.
8. Feshbac, S. The drive-reducting function of fantasy behaviour. – «Journal of Abnormal and Social Psychology», 1955. №3.

Читайте также: